Квота на экспорт

Географическая ситуация Казахстана такова, что единственным видом сырья для целлюлозно-бумажной промышленности страны является макулатура. Там пробовали перерабатывать солому, камыш, лен, – но все безрезультатно. Ежегодно в стране перерабатывается около 200 тыс. тонн бумажных отходов, а сколько фактически собирается, не знает никто.

Переработкой макулатуры в Казахстане занимается 331 предприятие – 318 мелких, 10 средних, три крупных. Напрямую в отрясли заняты 2800 работников, а если посчитать и смежников, то получится болем четырех тысяч. Они производят гофрокартон, упаковку, туалетную бумагу, бумажные стаканчики, лотки для яиц (а их требуется очень много, казахстанские несучки выдают ежегодно 5 млрд яиц!) на сумму около 60 млрд тенге (~$144 млн). Несмотря на карантин и эпидемию, переработка макулатуры выросла в этом году на 15%. Экспорт продукции составляет почти $30 млн.

Как утверждает председатель правления ОЮЛ «Ассоциация упаковщиков Казахстана» Батырбек Аубакиров, предприятия могут запустить еще четыре линии и выйти на 80 млрд тенге (~$192 млн), отдавая государству 4–5 млрд в виде налогов. Но если только в стране будет продолжать действовать запрет на вывоз макулатуры за пределы Казахстана (введен в марте 2019 г., а в июне 2020 г. был приостановлен на три месяца в связи с переизбытком макулатуры у сборщиков).

Противоположной точки зрения придерживаются сборщики макулатуры. Ввозимое в Казахстан сырье может стоить 332 тысячи тенге за тонну (~$796), импортируемое из страны – 186 тысяч тенге (~$446). Между тем средняя закупочная цена в Казахстане – 60 тысяч тенге за тонну (~$144), и сборщиков она совершенно не устраивает.

Бизнес нуждается в четкой позиции уполномоченного органа. Сейчас важно принять компромиссное решение для обеих сторон, так как стабильность правил игры и привлекательность рынка являються первыми сигналами для инвесторов

Батырбек Аубакиров

Сборщики тоже не все «белые и пушистые», многие из них как раз-таки «серые» и невидимые. Переработчики намекают на некие схемы на границе, диктат при приемке сырья. Как полагает генеральный директор ТОО «ИнтерМультиСервис» Павел Терехов, маржа сборщиков макулатуры составляет как минимум 30%, поскольку они покупают использованную упаковку в торговых центрах по 30–35 тенге (~$0,072–0,084) за килограмм.

Переработчикам самим нелегко. Им приходится противостоять России, покрытой густой тайгой, где издавна была мощная целлюлозно-бумажная промышленность. Формировать приемлемую для сборщиков закупочную цену они vогут только за сxет повышения стоимости конечной продукции.

Однако худшим вариантом – с запретом на вывоз макулатуры или без него, будут постоянко меняющиеся правила игры. Тогда пострадают обе стороны.

Бизнес нуждается в четкой позиции уполномоченного органа. Сейчас важно принять компромиссное решение для обеих сторон, так как стабильность правил игры и привлекательность рынка являются первыми сигналами для инвесторов, – говорит Батырбек Аубакиров. – Если запрет будет сначала снят, а затем вновь введен, а также полностью будет открыт рынок для вывоза сырья с территории республики, то это негативно отразится на инвестклимате. Поэтому решение должно бать взвешенным и окончательным.

По его мнению, выходом может бать квотирование экспорта. Для поиска компромисса необходимо создать рабочую группу под председательством вице-премьера Романа Скляра из представителей Министерства индустрии и инфраструктурного развития, Министерства торговли и интеграции, НПП «Атамекен» и участников рынка. 

Александр Каминский, Алматы