Упаковка на карантине

Организаторами встречи выступили международная выставка TRANSPACK и отраслевой портал Unipack.ru. Участниками встречи стали:
■    Алексей Дьяченко, директор по продажам АО «Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат»;
■    Константин Куров, генеральный директор АО «Управляющая компания Группа предприятий «Готэк»;
■    Лучеса Набатова, генеральный директор АО «Георг Полимер»;
■    Светлана Данилина, генеральный директор Tauras-Fenix.

Вели мероприятие Марина Бадулина, руководитель деловой программы международной выставки TRANSPACK, и Михаил Бредис, главный редактор отраслевого портала индустрии упаковки Unipack.Ru.

В прямом эфире первые лица предприятий рассказали, что сейчас происходит в компаниях, как работает производство и строится система управления, где искать возможности для роста. Также участники обсудили, стоит ли «переобуваться» на ходу, адаптируясь под рост сектора e-commerce, или сохранять максимальную стабильность и последовательность во всем.

Далее мы приводим прямую речь руководителей двух лидирующих компаний в гофро-отрасли, а также основные интересные тезисы представителей других секторов упаковки.

Марина Бадулина: Сегодня все мы оказались в такой ситуации, когда распространение коронавируса, падение курса валют создали беспрецедентные условия изоляции и кризис на российском рынке. Это привело к серьезным изменениям в условиях работы компаний и в потребительском поведении, и в цепочке поставок. Предприятия упаковочной отрасли вошли в список предприятий, которые продолжают свою работу. Тем не менее изменение бизнес-климата однозначно повлияло на работу компаний, первые лица которых сегодня присутствуют на этой встрече. Наши гости расскажут нам о том, как упаковочная отрасль переориентировалась в таких условиях, какие решения были приняты и каковы их результаты.

Алексей Дьяченко, директор по продажам АО «Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат»

Михаил Бредис: Алексей, в настоящее время все мы переживаем необычный, небывалый период в нашей истории. Среда для бизнеса ощутимо изменилась. Как эти изменения повлияли на управленческие решения вашей компании?

Алексей Дьяченко: Среда действительно изменилась, и, Михаил, наверно вы правы в том, что это изменение на текущий момент – беспрецедентно. Я хочу выделить два ключевых момента, связанных с текущей ситуацией и оказывающих прямое влияние на управленческие решения.

Во-первых, в связи эпидемией некоторые наши заказчики меняют режим работы. Часть продолжает работать в прежнем режиме, другие же приостанавливают свою деятельность или даже перестают работать. Соответственно, мы теряем часть заказов и у нас нас падают объемы отгружаемой продукции. При том все вы знаете, что целлюлозно-бумажный комбинат — это сложный механизм, который нельзя включить-выключить простым нажатием кнопки. Процессы варки, процессы работы картоноделательных машин, целлюлозного производства — непрерывны. Поэтому нам необходимо прилагать большие усилия, чтобы компенсировать этот выпадающий спрос.

И второй момент, который до нас еще не дошел, но обязательно дойдет, — это падение доходов населения в связи с пандемией коронавируса, что, естественно, повлияет на потребление продукции наших заказчиков, а значит, и нашей продукции тоже.

Марина Бадулина: Спасибо, Алексей. Скажите, пожалуйста, какие сейчас для вашей компании главные вызовы? Какие вопросы пришлось оперативно решать, чтобы сохранить стабильность работы?

Алексей Дьяченко: Самая большая проблема, с которой мы столкнулись, – обеспечение непрерывности нашей работы. Во-первых, это, конечно же, вопрос здоровья и безопасности наших сотрудников. Мы много усилий прилагаем для того, чтобы предотвратить и исключить появление вируса на нашем предприятии. Мы разработали и внедрили ряд мер для того, чтобы среди нашего персонала не оказалось людей, которые заболели коронавирусом, чтобы нам не пришлось вводить на комбинате какие-то карантинные меры и не отправлять людей, или даже целые смены на карантин. 

Во многом это достаточно стандартные меры, которые, наверное, многие предприятия применяют. Это маски, это удаленная работа тех сотрудников, которых можно отправить на удаленную работу. Это мероприятия по исключению скопления людей в тех местах, где это происходило раньше: на проходных, в столовых, в коридорах. Все общие совещания переведены в режим телефонной или видеосвязи. Мы даже заблокировали все двери в офисе в открытом состоянии, чтобы минимизировать контакты сотрудников с дверными ручками.

Другим вызовом является изменение бизнес-среды. В сложившейся ситуации какая-то часть клиентов приостанавливает свои заказы, у некоторых возникают трудности с оплатой. Это вторая большая проблема, над решением которой мы много работаем, ища пути выхода из сложившейся ситуации.

■    Вопрос из чата: В чем сейчас состоит тактика ваших продаж?

Алексей Дьяченко: Тактика, в основном, не изменилась. Продукция целлюлозно-бумажного комбината – это сегмент В2В, то есть мы продаем продукцию таким же бизнес-единицам, как и мы. Весь вопрос в том, продолжают ли они сейчас свою работу или нет. 

Из четырех основных сегментов выпускаемой нами продукции в двух, а именно в тарных картонах и в целлюлозе, мы большой опасности остановки работы наших покупателей не видим. Потому что потребители целлюлозы – это производители туалетной бумаги, у которых сейчас ситуация стабильна, а может, даже в чем-то и лучше, чем прежде. А тарные картоны – это сырье для производства гофроупаковки. По моей оценке, 80% потребителей гофрокоробов – это пищевая промышленность, которая тоже на сегодняшний день работает стабильно. Поэтому за эти два сегмента мы относительно спокойны.

Третий наш продукт – белые бумаги, офсетная и этикеточная. Вот тут возникают серьезные сложности. Потому что большинство наших покупателей, а это типографии, производители канцелярских товаров, производители бумаг для этикеток, остановились. И это создает угрозу остановки наших БДМ, которые эту бумагу производили.

■    Вопрос из чата: Каковы ваши прогнозы продаж на второе полугодие: спад, подъем? И если можете сказать в процентах, скажите, пожалуйста.

Алексей Дьяченко: Никакого подъема ожидать не следует. Потому что, мне кажется, мы в самом начале спада. Глубину этого спада трудно оценить, но, по моему мнению, она составит 20–30%. Это что касается нашей продукции.

Михаил Бредис: Сейчас у нас период самоизоляции. Как эта самоизоляция отразилась на ваших отношениях с поставщиками и в целом на производстве?

Алексей Дьяченко: На отношениях с поставщиками и с покупателями это никак не отразилось, потому что современные средства связи позволяют контактировать в любых формах, будь то видеосвязь, конференции и пр. Соответственно, на наши рабочие процессы самоизоляция, не повлияла. У всех наших сотрудников, которые пребывают на самоизоляции, есть доступ к нашим корпоративным системам, позволяющим им полноценно работать. У нас не возникло ни одной проблемы за весь апрель в связи с тем, что весь офис на «удаленке».

Марина Бадулина: Алексей, скажите пожалуйста, в ближайшей перспективе на чем вы собираетесь сконцентрироваться?

Алексей Дьяченко: Мы будем максимально концентрироваться на том, чтобы наше предприятие работало без остановов. Будем искать какие-то иные варианты сбыта с целью сгладить падение спроса. Так, чтобы наша работа не останавливалась или останавливалась поминимуму.

■    Вопрос из чата: Как соотносится прогноз падения производства с уведомлением о повышении цен на продукцию «АЦБК»?

Алексей Дьяченко: Это несколько разные процессы. Несмотря на то, что наше предприятие экспортирует значительную долю продукции и эта доля в последнее время выросла с 20% до 40–45%, у нас остается много обязательств, выраженных в валюте. Это не только поставки разных химикатов и комплектующих, но еще и такой большой сегмент, как инвестиционная составляющая. Поэтому для нас рост курса – это двоякое явление. С одной стороны, в рублевом эквиваленте увеличилась экспортная выручка, а с другой – выросли и наши обязательства. И в нашей ситуации рост обязательств в разы превышает рост выручки. Соответственно, основная причина повышения цен на нашу продукцию — это попытка компенсировать рост расходов.

■    Вопрос из чата: Есть ли проблемы в текущей ситуации с экспортными поставками?

Алексей Дьяченко: Как я уже говорил, у нас достаточно много экспортных поставок, и прежде всего в страны Европы. Когда пандемия добралась до Италии, у нас возникли опасения относительно стабильности наших отгрузок. Италия – один из основных экспортных рынков для нас, и эта страна одной из первых ввела жесткие ограничительные меры. Тем не менее наши клиенты, а это прежде всего гофропредприятия и производители туалетной бумаги, объемы своих заказов не снизили. Ни в Германии, ни в странах Балтии спрос на нашу продукцию тоже не упал. Также мы не ощутили проблем с экспортной логистикой. Разве что в страны Юго-Восточной Азии, куда продукция доставлялась контейнерами. Потому что, когда началась пандемия в Китае, контейнеры, которые туда шли, там и оставались. Это привело и к росту ставок на контейнеры и даже к их отсутствию.

Константин Куров, генеральный директор АО «Управляющей компания Группы предприятий «Готэк»

Михаил Бредис: Константин, какие управленческие решения компании приходится принимать сейчас в условиях изменившейся бизнес-среды?

Константин Куров: Вопрос в том, что для нас сейчас важно. На данный момент для нас как для группы предприятий есть два вида проблем, два вида вызовов. Первое – нам, конечно же, необходимо сохранить коллектив. Потому что люди – это наша ценность. Это те, кто сейчас на передовой, и я бы хотел воспользоваться случаем и поблагодарить всех наших работников за то, что, несмотря на информационную истерию вокруг ситуации, наши люди идут на работу и делают свое дело. В свою очередь мы приняли все меры, чтобы минимизировать вероятность заражения: развели смены, обеспечили многоразовыми масками не только сотрудников, но и членов их семей. Я считаю, очень важно сохранять коллектив, а для нас как для руководителей очень важно показывать пример. Начиная с примера ношения масок, перчаток, дезинфекции и т. д. Люди должны видеть, что первые лица на месте, никуда не спрятались, не сбежали.

Второй вызов – это вопрос рынка. Для нас абсолютный приоритет — это обеспечение бесперебойности поставок продукции для наших клиентов. Потому что мы находимся в цепочке производства пищевой продукции, а колбаса, как и другие продукты, сама до холодильника не доедет. Транспортная упаковка, упаковка, которая выкладывается на торговых полках, – это все в нашем пакете.

Также мы потратили много времени, на изменение нашей собственной стратегии, чтобы открыть четвертое измерение в отношениях с клиентами. И для нас, с одной стороны, было удивлением, а с другой – приятным открытием, что с переходом на «удаленку» количество проектов с нашими клиентами увеличилось. Потому что тем клиентам, которые работают на рынке продуктов питания, продуктов первой необходимости, также нужно отвечать на свои вызовы. Им надо обеспечивать поставки в торговые сети, надо выводить на рынок новые продукты. Ведь когда человек месяц находится в самоизоляции, он, извините за сравнение, воспринимает поход в магазин как развлечение. А развлечений на карантине у людей не так и много. Поэтому повторюсь, количество проектов у нас увеличилось, и это отрадно. Ведь то, что мы готовили, чему посвятили последние пару лет, принесло результаты и обеспечило нам сейчас возможность продолжать работу с клиентами.

В целом, мне кажется, что рынок сейчас очень напряжен во всей цепочке. И мне хотелось бы сказать, что перед всеми нами, кто находится в этой лодке, кто-то с сырьем, кто-то с гофропродукцией, с какой-то еще продукцией, очень важно не раскачивать эту лодку. Я убежден, что сейчас мы и так подвержены внешним вызовам, связанным со стоимостью импортных запчастей, импортных составляющих. Но когда мы еще внутри получаем повышение стоимости сырья, никак не связанное с изменением импортных составляющих, мне кажется, это может привести к опасному резонансу в отрасли с непредсказуемыми последствиями. Поэтому делать прогнозы по рынку я бы не хотел. Сейчас это очень неблагодарное занятие: сценарии могут быть разные. Пока мы находимся в стадии, когда у людей, действительно, еще есть деньги, а люди в большинстве своем сидят дома. Могут меняться каналы товародвижения, но продукты приобретаются. Что будет дальше? Сложно сказать. Давайте посмотрим, когда закончатся жесткие меры по самоизоляции, когда откроются закрытые на сегодня магазины и т.д. Во многом ситуация зависит от этого. С одной стороны, это каналы товародвижения, с другой – доходы людей, многие из которых в настоящее время остались без работы. Таким образом, у нас сейчас есть два важных направления: люди и клиенты.

Михаил Бредис: Каким образом вы контролируете работу удаленных сотрудников?

Константин Куров: Я бы избежал слова «контроль». Отношения в коллективе – вещь непростая, и если ты ждешь от людей творчества, то ты выстраиваешь с ними сотрудничество, а если ты хочешь, чтобы они просто были исполнителями твоей воли, тогда уместен контроль. В свою очередь люди также разделились на две категории. Как говорят некоторые мои знакомые: «Я ушел на «удаленку», и раньше работал по 8–10 часов, а теперь – все 24». А есть люди, которые говорят: «Мы до конца еще не понимаем, где мы. То ли в отпуске, то ли на работе. Тут – задачи, тут – семья и т. п.».

Мы шли к удаленной работе постепенно и, в принципе, были готовы к ней.

Марина Бадулина: Константин, мы знаем, что у вашей группы компаний есть конкретные решения, помогающие избежать негативных ситуаций. Расскажите, пожалуйста, о них.

Константин Куров: У нас довольна непростая ситуация, поскольку у группы четыре локации: в г. Железногорске (Курская область), Москве, Санкт-Петербурге и Тульской области. У нас шесть производственных и два обслуживающих предприятия, и как бизнес-единицы они достаточно самостоятельны. Тем не менее у нас уже имелись необходимые системы управления, благодаря чему при переходе на удаленную работу нам удалось быстро решить технические проблемы. Мы раздали людям компьютеры, и они ушли со своими компьютерами, со всеми установленными программами, и спокойно работают в сети предприятия.

Вторая важная часть, которую мы сделали, заключалась в том, что мы начали активно использовать всем известный Outlook, который обычно используется всеми как почта. Однако, там есть разделы «календарь», «заметки», «задачи». Заметка переходит в задачи, и задача попадает в календарь. Мы потратили довольно много времени, чтобы начать активно пользоваться этой системой, ранее столкнувшись с определенными проблемами, например, когда в одном и том же помещении назначалось большое количество совещаний, приходили разные группы и пр. Поэтому, когда начался карантин и мы очутились в сложившейся ситуации, мы поняли, что то, что мы сделали ранее, сейчас нам очень помогает. Люди ведут свои календари, я вижу календари всех своих непосредственных подчиненных. У нас есть определенные правила с распланированным временем. Я не мешаю им работать со своими клиентами. При этом они четко знают, когда и как происходит общение у нас.

Есть еще одна важная задача, которую мы «не дожали» и которую нам теперь необходимо решать. Когда мы проводим совещания, порою задание может быть сформулировано не очень четко, и человек уходит, не совсем понимая суть. На «удаленке» это не работает. Очень важно формулировать образ результата, который ты придешь проверить через три дня.

И еще несколько важных моментов. Утром обязательно короткая встреча. Желательно, чтобы мы видели друг друга, посредством Zoom, Skype, своей внутренней системы. Использовать календари для правильной планировки времени, планирование результатов. На это уходит пятнадцать минут, максимум полчаса. Также очень важны вечерние «посиделки». Ведь людям не хватает общения. С одной стороны, они дома, у них там семья, с другой стороны, до этого было много социальных связей. Важно то, что я называю «методом поглаживания», то есть обсуждение с сотрудниками не только рабочих моментов, но и домашних дел. Необходимо дать им возможность пообщаться друг с другом, помимо тебя. Я знаю, что мои сотрудники стали очень активно использовать мессенджеры. Они там создали группы и постоянно общаются.

Эти несколько правил помогают удержать фокус внимания людей, показывать, что их не бросили, что они важны и  они нужны, и вовлекать их в работу. 

Также могу лишь сказать, что сейчас лучше всего сфокусироваться на взаимодействии с клиентами, быть с ними рядом и помогать им решать их вопросы и проблемы. Быть для клиента островком, гарантом стабильности. Когда мы выйдем из всего этого, многое из того, что мы сделали, останется с нами навсегда. Многие из тех, кто был с нами рядом, останутся с нами навсегда.

■    Вопрос из чата: Предполагаются ли ценовые изменения продукции вашей компании?

Константин Куров: Это зависит от того, какие изменения мы получим от наших поставщиков. Большая часть наших с клиентами проектов направлена как раз на то, чтобы экономить, экономить не на упаковке, а за счет упаковки. Ящик может стоить в два раза дороже, но при этом он обеспечивает экономию на логистике, транспорте и пр. И мы сосредоточены именно на этом. Довольно давно мы продаем клиенту ценность, а не цену.

Марина Бадулина: Вы выступаете как компания со-партнер со своими заказчиками, проделываете серьезную работу по вовлечению заказчиков в подготовку продукции. Как самоизоляция повлияла на вашу взаимосвязь в проектах?

Константин Куров: Повторюсь, взаимо-связь с клиентами стала еще ближе. Мы ожидали, что с переходом на «удаленку» нашим клиентам будет не до проектов. И первую неделю мы с тревогой ждали, что заказчики начнут отказываться от проектов, рассказывать об их заморозке. Но дальше мы увидели активность. Если в начале апреля у нас по группе было больше 300 проектов, то сейчас их больше 400. Это партнерство: мы помогаем нашим клиентам находить те возможности, которых они, может быть, не видят, потому что мы – специалисты по всему жизненному циклу упаковки. При этом у них бывают задачи, когда, например, для входа в торговую сеть им требуется новое упаковочное решение или смена  выкладки и т.д.  И мы помогаем им решать эти задачи. На нашем сайте вы можете увидеть  инструкцию по применению нашего подхода.

Уход в онлайн в некоторых моментах даже ускорил работу. У наших маркетологов и специалистов по продажам теперь больше времени, чтобы взаимодействовать с клиентами и доводить продукцию до производства. Мы даже дистанционно проводим тестирование новой продукции, используя видеофиксацию, используя инструменты удаленного доступа. Это несколько иначе, чем было раньше, но это не доставляет каких-то больших проблем.

■    Вопрос из чата: Есть ли у компании поставки за рубеж и какова их доля?

Константин Куров: Минимальна, потому что наша продукция очень легкая и радиус поставок более 500 км уже вызывает вопрос по логистике.

■    Вопрос из чата: Как сохранить продажи и маржинальность в нынешних условиях?

Константин Куров: Искать ценность для клиента и эту ценность делить.

■    Вопрос из чата: Сказался ли рост онлайн продаж на сегменте упаковки для розничных сетей?

Константин Куров: Мы не работаем с сетями, с ними работают наши клиенты, соответственно, лучше спрашивать у них. А что касается сегмента онлайн продаж, то могу сказать, что это растущий сегмент, и мы рассматриваем его как важный. Единственное, что сейчас он переживает этап очень быстрого роста, поэтому там больше заботятся о результативности своей продукции (доставить все вовремя, иметь необходимое количество упаковки), чем об эффективности упаковочных решений. Мы же все-таки делаем ставку на упаковочные решения и правильное использование упаковки. Тем не менее мы присутствуем у всех крупнейших игроков этого рынка, поставляя пока еще небольшую долю. Но мы находимся в постоянном контакте в ожидании того момента, когда рост стабилизируется и мы вернемся к проектам по повышению эффективности упаковки.  Наверное, если бы не пандемия, этот рост не был бы таким стремительным. Но пока всем в основном нужна простая упаковка, и максимально дешево.

Марина Бадулина: Как вы считаете, после снятия ограничений, связанных с пандемией, рост онлайн продаж продолжится?

Константин Куров: Думаю, что он наберет максимальные объемы во время карантина. Потом возможен небольшой откат назад и возврат в офлайн. После чего рост продолжится, но, скорее всего, небольшими темпами. Все равно какая-то часть походов в магазин останется. Все в онлайн не уйдет.

■    Вопрос из чата: На какой вид упаковки, по Вашему мнению, особенно увеличится спрос (картон, пластик, термоусадка)?

Константин Куров: Этот вопрос не имеет однозначного ответа. Упаковка меняется. Вряд ли какой-то вид будет развиваться больше именно из-за пандемии (какая-та упаковка защищает лучше, какая-то хуже). Все виды упаковки защищают продукт. Все будет зависеть от развития сетей и их запросов. Единственное, что могу предсказать, в связи с увеличением количества магазинов у дома люди будут покупать все в меньших количествах, и поэтому упаковки на единицу надо будет больше. Всех видов упаковки. Бутылки станут меньше, яйца будут не по десять, а по четыре. Спрос на упаковку останется стабильным и будет идти за изменениями товарных рядов. На данный момент возможны какие-то изменения предпочтений из-за финансов. Но в перспективе влиять будут долгосрочные тенденции, в частности увеличение доли магазинов у дома, увеличение доли онлайн торговли, увеличение использования омниканальности, когда один и тот же товар продвигается по разным каналам. Так что упаковка – это, возможно, островок стабильности в этом море страстей, бушующем сейчас.

Лучеса Набатова, генеральный директор АО «Георг Полимер»

Лучеса Набатова, генеральный директор АО «Георг Полимер» поделилась своим опытом решения сложившейся ситуации. Она отметила, что еще до начала пандемии их компания уделяла огромное внимание внедрению цифровых технологий управления. Это позволило «Георг Полимер» подойди к необходимости работы онлайн не просто готовыми, но и с большим багажом практического опыта такой работы. Также г-жа Набатова отметила в качестве сильной стороны, позволившей компании преодолевать карантин, достаточно большую самостоятельность и автономность сотрудников в рамках их служебных обязанностей. Среди средств предотвращения коронавируса на предприятии сотрудникам были выданы два комплекта многоразовых масок, которые сшили им на заказ, учитывая неудобства стандартных. В каждом комплекте находится по 4 маски разного цвета, по одной на каждые три часа смены. Это позволило визуально отслеживать смену масок сотрудниками производства. Ко всему, Лучеса Набатова отметила рост спроса на пластиковую упаковку для готовых блюд.

Светлана Данилина, генеральный директор Tauras-Fenix

Светлана Данилина, генеральный директор Tauras-Fenix, рассказала о проблемах поставок из Европы необходимых комплектующих в связи с введением карантина и частичным закрытием производств и границ. Также г-жа Данилина отметила значительный рост спроса на определенные типы фасовочного оборудования в связи с паникой покупателей и скачком объемов закупок круп и прочих продуктов питания. Также компании Tauras-Fenix удалось приобрести новый опыт, проведя пуско-наладочные работы онлайн, поскольку сервисные инженеры не имели возможности попасть в закрытые на въезд города. В целом, Светлана Данилина отметила, что, невзирая на все трудности, компании удалось найти решения и сохранить работу на привычно высоком уровне.