ВОЙНЕ ВОПРЕКИ. В каких условиях работает одно из крупнейших предприятий отрасли в Украине

Еще несколько месяцев назад было сложно представить, что в интервью будет затрагиваться военная тематика, но спустя шесть месяцев войны России против Украины это стало неотъемлемой частью нашей жизни. Несмотря на ежедневные воздушные тревоги, сегодня на Киевском КБК делают все, что от них зависит, для поддержания работы комбината. Более подробно об этом рассказал Алексей Катышев.
 
Что оказалось самым важным после начала войны?

■    Для Киевского КБК, пожалуй, как и для многих других предприятий в Украине, самой главной задачей стало продолжать работать в непростых условиях войны. Ведь только это позволит нам сохранить компанию, коллектив, отрасль и рынок. 

Мы являемся производителями продукции, которая сопровождает базовые потребности людей. И в условиях войны было критически важно, чтобы мы могли и дальше обеспечивать потребителей необходимым. Также был риск остановки предприятия – а это более 2500 рабочих мест, налоги в государственный и местный бюджеты, поддержка жизнеобеспечения города, в котором мы находимся и для которого являемся градообразующими. Это огромная социальная ответственность. Спасибо нашим сотрудникам, без них это было бы невозможно. Весь комбинат продолжает работать как единый слаженный организм, и это радует.

Кроме того, мы приняли все социальные вызовы, связанные с началом войны. Это всевозможная гуманитарная помощь – мы старались откликнуться на все просьбы администрации нашего города (Обухова) и общественных организаций, медицинских учреждений.

Что происходило на ККБК в области переоснащения и модернизации за эти полгода?

■    В мае 2022 года мы смогли вопреки всему своими силами запустить линию переработки Mitsubishi Evol. 

Еще в прошлом году мы подписали контракт на поставку новой линии от Mitsubishi. В конце 2021 года мы начали монтаж оборудования, и на момент февраля работы были выполнены на 60%. Последующие работы требовали непосредственного участия специалистов Mitsubishi. что в условиях войны было нереально.

И перед нами возник непростой выбор – заморозить монтаж либо искать альтернативные решения и пытаться запустить линию самостоятельно.

Изначально эта идея выглядела не очень реально, но наши специалисты поверили, что смогут это сделать, и при удаленной поддержке специалистов Mitsubishi, руководящих шеф-монтажом, они за несколько месяцев осуществили это. Параллельно мы налаживали интеграцию и с нашими надежными поставщиками оборудования. Это и Ducker Robotics (система аккумуляции заготовок), и Emmepi Group. Облегчало нам это и то, что у нас есть специалисты по роботам Kawasaki и Fanuk, которые используются на гофропроизводстве и производстве туалетной бумаги. Интеграция Mitsubishi Evol совместно с Duecker Robotics и Emmepi Group была выполнена качественно и в запланированные сроки.

Насколько нам известно, это первая линия, запущенная дистанционно за пределами Японии без непосредственного участия сотрудников компании Mitsubishi.
.
Как именно вам удалось самостоятельно запустить линию Mitsubishi?

■    Это было непросто, и прежде всего мы хотим поблагодарить наших партнеров-поставщиков. Они поддерживали нас удаленно и проводили консультации онлайн. Основная задача была инсталлировать и запустить программное обеспечение для подачи гофрокартона на линию и для его съема. 

Вместе с тем немаловажно было научить наших специалистов работать на данном оборудовании. Мы нашли специалистов по сервису такого возраста, чтобы в условиях военного времени они могли выехать для обучения в Европу. 

И так, шаг за шагом, мы сначала инсталлировали подачу, а потом – съем гофрокартона с линии. Когда что-то не получалось, останавливали, выясняли причины, двигались дальше. В июне мы переработали уже 1 млн метров гофрокартона на новой линии.

Какая ситуация с продажами на рынке сейчас?

■    Ситуация на рынке сейчас выглядит в каждом сегменте по-разному. В производстве картонов и литой тары, пожалуй, сложнее всего. 

Продажи картона упали и сейчас составляют 20–25% от продаж довоенного уровня. На это повлиял ряд факторов. Прежде всего, из-за военных действий многие компании-клиенты на внутреннем рынке были вынуждены остановить свою работу. Кроме того, были разрушены логистические цепочки поставки сырья и готовой продукции как в ж/д, морскими путями, так и автоперевозками. Рост цен на топливо привел к увеличению тарифов. 

По сравнению с потребителями гофроупаковки типографии по Украине восстановились на гораздо меньший процент. Некоторые крупные типографии-потребители нашего картона закрылись, и мы сейчас ищем пути для экспорта в Турцию, Нидерланды, Польшу. 

Из-за логистики экспорт все более и более затруднен: рост цен на перевозки абсолютно не коррелирует с ростом цен на топливо. Если топливо выросло в два раза, то стоимость перевозки выросла более чем в несколько раз. А это влияет на конечную стоимость нашей продукции и ее конкурентоспособность, и не только нашу, но и всех предприятий Украины в целом.

А что с производством литой тары? 

■    Яичный бизнес имеет свою специфику. Производители яиц продолжали работать даже в этих непростых условиях, т.к. яйцо – один из базовых продуктов питания для большинства людей. И это в условиях войны накладывает дополнительную социальную и стратегическую ответственность на производителей. Кроме того, птицу, несущую яйца, нельзя поставить на паузу – она будет продолжать это делать при любых обстоятельствах. 

Мы с первых дней войны продолжали производить литую тару, несмотря на то, что работать в «рваном» темпе линии нерентабельно. Мы рассматривали это как еще одно проявление нашей социальной ответственности.

Вместе с тем, рынок производства яиц в Украине – экспортно ориентированный, около половины произведенной продукции продавалось за рубеж. Сейчас это практически невозможно, и соответственно потребность в литой таре также упала. Поэтому сам рынок сократился примерно на 50%.

Что происходит сегодня с рынком гофрокартона в Украине?

■    Производство гофроупаковки после начала войны в Украине восстановилось быстрее всего. Поскольку если даже первичная упаковка может быть в пленке или пластике, то вторичная – нуждается в гофрокартоне, чтобы производитель смог доставить продукт до конечного потребителя.

В первое время войны у нас были 2 ключевые сложности. Несмотря на то, что наша продукция относится к категории товаров первой необходимости (или является сервисной для них), спрос рынка был минимален. Многие компании не работали, и, что особенно влияло, была нарушена логистика – мы не могли транспортировать готовую продукцию. Царила растерянность и непонимание – соответственно, это все отражалось и на нашей работе. Мы не знали, сможет ли предприятие работать дальше. 

Вторая сложность заключалась в том, как в военных условиях максимально обеспечить безопасность сотрудников, работающих на производстве. 

Мы стали возвращаться к работе через неделю, работая только по несколько дней. Вначале, чтобы обеспечить безопасность сотрудников и не выводить их на линию в условиях огромного риска, мы собирали заказы и делали продукцию без печати на одной марке гофрокартона. Затем по ситуации мы постепенно возвращались к привычному режиму работы, и сейчас производим практически весь наш ассортимент.

На данный момент мы восстановились на 70–75% от довоенных объемов. Планируем понемногу наращивать объемы, хотя многое сейчас зависит и от логистики. Есть еще идеи для развития, но всему свое время.

Какие видите перспективы бумажной отрасли в Украине?

■    Наша продукция входит в категорию товаров первой необходимости. Она сопровождает базовые потребности людей, поэтому, полагаю, спрос на нее будет всегда. 

Однако специфика нашей сферы в том, что уровень потребления бумажной продукции больше зависит от количества потребителей, нежели от других факторов. С начала войны из Украины выехали более 4 млн украинцев. Поэтому одной из главных стратегических задач Украины будет создать такие условия, чтобы люди смогли и захотели вернуться обратно. И мы надеемся, что люди будут возвращаться.

Какие ваши главные задачи сейчас?

■   Наша главная задача – вопреки всему и далее активно работать, обеспечивать стабильность для сотрудников в это непростое время, поддерживать жизнедеятельность города, для которого мы являемся градообразующим предприятием, стабильность для потребителей.

Когда еще до войны мы искали площадку под наше новое производство в Днепропетровской области, мы обошли порядка 40 бывших производств, которые раньше были очень важными для людей и города, а потом прекратили работу или даже превратились в руины. Наша задача – не допустить этого с нашим предприятием и отраслью сейчас.

Видели в соцсетях ваше предложение по производству кроватей из гофрокартона для нуждающихся. Могли бы рассказать подробнее?

■    Эта тема стала для нас актуальна практически с первых дней войны, когда люди были вынуждены прятаться в бомбоубежищах и подвалах. К нам обратились местные жители с запросом, можно ли сделать что-либо из гофрокартона, чтобы люди меньше ощущали холод и сырость. Ведь даже в таких условиях особо важно было позаботиться не только о безопасности, но и о здоровье. Мы сделали первую тестовую партию таких кроватей моноблочными (в неразборном виде), на плоттере. Затем мы усовершенствовали конструкцию кроватей, чтобы их можно было выпускать на линиях плоской высечки. Кроме того, это позволило легко транспортировать изделие и собирать на месте. 

Гофрокровати мы делаем из влагопрочного гофрокартона, их конструкцию сразу запатентовали. Конструкция кровати очень проста, ее может собрать даже подросток. 

Позже, когда нам прислали фото использования кроватей в харьковском метро, которое также служит как бомбоубежище, мы поняли, что не хватает небольшого стульчика или тумбочки для личных вещей. Поэтому чуть позже мы сделали и стульчик-тумбу из гофрокартона. 

Сейчас произведено и передано в поддержку тем, кто в них нуждается, уже более 1,5 тыс. таких кроватей. И мы видим большой потенциал в данной разработке. Полагаем, что даже после окончания войны такая мебель будет востребована как временная и доступная альтернатива, когда люди будут возвращаться в свои старые или в новые дома. 

В чем источник вашего позитивного отношения, несмотря на все трудности?

■    В том, что мы можем в это сложное время давать людям работу, люди могут обеспечивать свои семьи, можем осуществлять гуманитарные проекты, платим налоги, которые поддерживают нашу страну. Это дает силы закатывать рукава и работать.